between the lines

Ведь кто-то же построил эти здания,
Чтобы юные бродили по крышам,
Бросали городу свои признания,
Учились друг друга слышать…

Рассвет прогреет замёрзших и брошенных
И пеплом прошедшего мягко укроет
И только что, вроде бы «всё по-хорошему»…
Но сердце не плачет, не стонет, не ноет.

Ладонями-ставнями мятое утро
По-питерски серое, сон в бесконечности…
Он всем казался по-взрослому мудрым…
Её обвиняли в безбрежной беспечности

Обёртку раскрыли, начинка пропала.
И всё в шоколаде у тех, кто с другими встречается…
Ей было его слишком много и мало
Но вряд ли она себе в этом признается.

И памятью звонкие мысли-пощёчины
Ему. До румяных следов тихой ярости…
И вроде бы были так остро заточены…
И вот… Пустота. Ничего не осталось им…